Геннадий Москаль: «Сегодня воруют больше, чем при Януковиче»

Просмотров: 586 0 08.01.2016 в 07:12:19 Новости Украины
Геннадий Москаль: «Сегодня воруют больше, чем при Януковиче»

«Писать сегодня в Кабмин письма — все равно, что на „деревню дедушке“ … Вас не удивляет тот факт, что государство, бюджету которого катастрофически не хватает средств на все, не ликвидирует оффшорных зон?»

Назначение Геннадия Москаля на должность председателя Закарпатской ОГА после вооруженных разборок «Правого сектора» с народным депутатом Михаилом Ланьо своей неожиданностью чем-то напомнило назначение Саакашвили в Одесскую область. Закарпатье — весьма специфический регион, этакое мини-государство в государстве, давно поделенное и переделенное на кланы, которые крышуют разнообразную контрабанду — от сигарет до янтаря. Граница в Закарпатье кормит всех, только масштабы разные. Одни ежедневно переносят по несколько пачек сигарет, другие гоняют караваны фур. Какие убытки терпит от этого государство, можно только представить. Но, похоже, до недавнего времени государство, точнее, власть, все устраивало. Резонансная стрельба в Мукачево заставила Киев реагировать на «закарпатский анклав».

Москаль, конечно, не волшебник, хотя ему была поставлена сверхзадача — обуздать контрабанду. В эксклюзивном интервью корреспонденту «Високого Замка» Геннадий Москаль без лишней скромности заявил, что с этой фантастическим задачей справился.

На разговор с новым председателем Закарпатской ОГА я начала напрашиваться сразу, как только его назначили. Но Геннадий Москаль на телефонные звонки и эсэмэски не отвечал (потом признался, что мобильным телефоном с момента назначения губернатором Луганщины не пользуется, поскольку мобильный — это замечательная «наводка»), а его пресс-секретарь каждый раз говорил, что интервью не время … В перманентных переговорах с пресс-секретарем прошло почти полгода, и я решила подключить «тяжелую артиллерию» — договариваться через третьих лиц. С энной попытки мне это удалось. И вот через туманы-перевалы еду в Закарпатье. Поднимаюсь на третий этаж ужгородского «белого дома», захожу в комнату, где должен происходить разговор и где меня ждет пресс-секретарь губернатора, раскладываю на столе диктофон, блокнот, настраиваюсь на разговор …

В комнату стремительно заходит Геннадий Геннадиевич, здоровается, садится за стол и тут прес-секретарь меня ошарашивает: «У вас полчаса». «Как полчаса?! — не сдерживаю свое негодование. Я полгода добивалась этого интервью, три часа сюда ехала, чтобы полчаса разговаривать?!». «Дело в том, что мне нужно лететь в Киев, а из Ужгорода из-за тумана уже два дня самолеты не летают, поэтому вынужден ехать во Львов, чтобы завтра утром вылететь в Киев, — объясняет Геннадий Москаль. — Если бы знал, что так произойдет, мы с вами во Львове встретились … Ждите! А может, едем вместе во Львов в моей машине, в дороге поговорим, а ваш водитель поедет за нами?». Грех было отказываться от такого предложения.

Геннадий Геннадиевич сел на заднее сиденье своего авто, мне же сказал садиться возле водителя, поэтому говорить было немного неудобно. Чтобы я не крутилась, взял у меня диктофон и всю дорогу держал его в руке, как микрофон.

— Господин Геннадий, когда президент Вас назначил успокаивать бурлящее Закарпатье, казалось, что Вы — человек деятельный, бескомпромиссный и нецеремонящийся — здесь быстро наведете порядок. В начале Вы сделали много резонансных заявлений. Но со временем совсем исчезли из медийного поля, Вас не слышно, а потому не слышно и о результатах Вашей деятельности. В народе говорят, если контрабанду нельзя победить, то ее надо возглавить. Вам удалось ее победить?

— Что я, должен о каждом своем шаге кричать … Меня что, кто-то нашел спящим на раскладушке? Я работаю с семи утра до ночи, поесть нет времени. Выходные, праздники я на работе.

— Речь идет не о Вашем физическом присутствии на работе, а о результате …

— Я ежедневно занимаюсь финансовыми, хозяйственными, управленческими вопросами, выборами, потому что баллотировался в депутаты областного совета. Надо ездить хотя бы раз в две недели в Киев, чтобы что-то решить в министерствах. Писать сегодня в Кабмин письма — все равно, что на «деревню дедушке» … Когда я сюда пришел, был шокирован: дорог нет, вся область в мусоре, нет ни одного мусороперерабатывающего завода. Мы четвертые по количеству коров, но не имеем никакого молокоперерабатывающего завода. Куда ни кинь, ничего нет …

— Так Вас затянуло это управленческое болото?

— У меня нет времени пиариться. Рейтинг — дело наживное. Если уйду в политику, то его восстановлю. Посмотрите, как Тимошенко быстро его восстановила, да еще и превзошла былой.

— Так какова ситуация с контрабандой? Народ между собой говорит, что контрабанда как шла, так и идет?

— Где идет? Не идет! Какую вы контрабанду имеете в виду? Кто переносит два блока сигарет? Я этого не считаю …

— Нет, я имею в виду другую контрабанду — масштабную …

— Как таковой контрабанды нет. В свое время Портнов с Калетником протянули декриминализацию этой статьи. Сейчас это административное правонарушение. Чтобы побороть контрабанду в целом, в Украине нужно ликвидировать декриминализацию этого преступления. В парламенте лежит соответствующий законопроект, все обещали его принять, но руки не доходят. Контрабанда подакцизных товаров — это страшные убытки для государства. Если с пачки сигарет 68% — это акцизы и сборы, то представьте, какие убытки несет государство! Контрабанда сигарет, по данным Европола, — это самый прибыльный бизнес. Он прибыльнее, чем торговля наркотиками или оружием.

Кстати, торговлю оружием развалила война на востоке. Оружие ничего не стоит в Украине. Этот рынок обесценился.

— Десятилетиями различные кланы на Закарпатье обогащались за счет контрабанды. Удалось ли сломать устоявшиеся схемы?

— Где эти кланы сейчас? Где так называемый клан Балоги на политической арене? Впервые в оппозиции. Так что я все это время делал? Спал? Думаете, Балога сам проиграл выборы? Он в политике с 1998 года, а я пришел сюда за месяц до начала избирательной кампании. У него остался Мукачевский район и Мукачево, все остальное он уже не контролирует. В областном совете «Единый центр» в оппозиции.

— Так произошло потому, что «Солидарность» договорилась с Оппозиционным блоком, «Возрождением» и Партией венгров Украины, которая впервые попала в областной парламент.

— Я не договаривался. Депутаты голосовали против «Единого центра», а не за «Солидарность». Их всех достал Балога, люди устали от их дурного руководства областью. Прошли бы в областной совет еще пять партий, и они бы все голосовали за нашу кандидатуру (председателем совета стал представитель «Солидарности» Михаил Ривис. — Авт.) не потому, что нас так любят, а против клана Балоги, против феодализма. Нам удалось разрушить эту монополию.

— И как Вам это удалось?

— А я что, пришел сюда с должности начальника ЖЭКа? Почитайте мою биографию. Я что, глупее Балогу? Я четыре раза работал заместителем министра МВД, был заместителем председателя СБУ. Найдите еще ​​человека, который был четыре раза председателем облгосадминистрации. Не ищите, такого нет. Я работал в регионах более сложных, чем Закарпатье — Крым, Днепропетровск, Луганск … Мыслю аналитически, и все тут разложил по полочкам.

— Когда Вы пришли в Закарпатье, Балога пытался с вами поговорить, договориться?

— Оставим это вне разговора, но ни с ним, ни с его братьями, кумовьями, сватами, друзьями я не имел тет-а-тета. В Закарпатье своя специфика, свой ​​менталитет … Знаете анекдот? За что закарпатцы так не любили Хрущева? Потому что Хрущев говорил, что коммунизм не за горами. Закарпатье — за горами, а еще здесь пересекаются границы четырех стран — Румынии, Словакии, Венгрии и Польши, все это влияет на формирование мировоззрения и менталитета местных жителей.

— Однако вернемся к теме контрабанды …

— То, что здесь делалось в плане борьбы с контрабандой, называлось художественной самодеятельностью. Ловили тех, кто прятал несколько блоков сигарет в обшивку автомобиля, а все остальное шло бесконечными потоками. Контрабанда и распространение наркотиков ничем не отличается от контрабанды и распространения табачных изделий. Все думают, что контрабандные сигареты выкуривают венгры, румыны или поляки. Может, 5-7% остается на их внутреннем рынке.

Основные потребители, то есть основной рынок сбыта — это Франция, Италия, Германия, Испания, и сверхприбыли получают от рынка в Англии. Там формируются заказы и оттуда идут деньги. Кто возглавляет, точнее, возглавлял эту крупную транснациональную компанию, я честно не знаю. В чем проблема, которую удалось решить, и это кардинально изменило ситуацию с контрабандой. Есть белорусская табачная фабрика «Неман» (Гродно) — стопроцентная государственная собственность. Вы знаете, как Лукашенко относится к коррупции. Мы сомневались, что при нем были левые поставки …

Мы вышли на сайт и только с сайта посчитали, что через КПП «Платоново» и «Кучурган» транзитом из Беларуси в Приднестровье шло сигарет столько, что если разделить на все население Приднестровья, то они в месяц, даже с учетом младенцев, выкуривали по тридцать пачек. Это абсурд. То есть оттуда через прозрачную границу все попадало в Украину. Кабмин закрыл эти два контрольно-пропускных пункта для пропуска подакцизных товаров. Теперь весь подакцизный товар должны завозить через Молдову, через официальный Кишинев. Приведу один красноречивый пример: в Украину официально было завезено 15 линий для изготовления сигарет. Их нигде нет. Никто не знает, где они работают. В Крыму и Донецке действует неподконтрольная фабрика сигарет …

Чтобы бороться с проблемой, надо поставить правильный диагноз. Говорю об источнике контрабанды. В Закарпатье большими партиями завозились левые сигареты. Их распространяли двумя путями: загружали в фуры и по договоренностям с нашими и венгерскими или словацкими таможенниками и пограничниками переправляли через границу. Затем начинал действовать принцип, который украинцы слабо понимают — «Европа без границ». Дальше нет таможенников, пограничников, товар под пломбой, рисков почти нет. И фуры спокойно идут во Францию, Италию, Англию и т.д. Вторая, большая часть, переправлялась через «зеленую границу».

На оптовом складе покупались сигареты. Их везли бусиками. В приграничном селе есть четыре дома, которые занимаются уже мелким оптом. Они есть как на украинской, так и на другой стороне. Их передают из рук в руки. Когда проводили совместные совещания с венгерскими, словацкими, румынскими, польскими таможенниками и пограничниками, мы им говорили: «Уважаемые, вы такие же коррумпированные негодяи, как и мы. Наш контрабандист передает сигареты вашим, те их берут».

В приграничном селе есть куча безработных парней, которые из этих четырех домов-оптовиков носят сигареты на другую сторону. И почему-то их не задерживали ни украинские пограничники, ни венгерские, ни румынские. 150 гривен стоило перенести один пакет. За день по пять ходок делали … Притаскивают эти сигареты в такие же четыре дома на той стороне. Оттуда микроавтобусами свозили сигареты в большой склад-магазин, который обычно расположен за городом и для ширмы торгует, например, плиткой или изделиями из дерева.

Там под навесами стояли фуры. Все эти коробки складывали в фуры, опломбировали, по документам это были, например, изделия из дерева, и ехали в страны Европы. Приезжали в такие же липовые склады-магазины. Туда приходили мелкие торговцы, закупали эти левые сигареты, которые затем распространялись в барах, ресторанах, ночных клубах. У Эйфелевой башни можно было с рук купить наши украинские сигареты без акцизной марки. И французская полиция этого не видела … Когда наши европейские коллеги говорят, что это только мы коррумпированы, а они честные, я им говорю, что вор громче всех кричит «держите вора». Так вот, этого международного синдиката сегодня уже нет. Он развалился как домино.

— Неужели?..

— Поверьте. Информацию о всей цепочке мы передали венграм, они — Европолу. Я лично передал этот диск, где была информация обо всех складах в каждой стране, задействованной в этой схеме. Там всех накрыли, всех арестовали. Но у меня вопрос: а где они были раньше? Они не видели, что у них под носом делалось? Еще один вопрос: страны ЕС критикуют Украину за торговлю живым товаром …

— Как раз хотела спросить о нелегальных мигрантах.

— Европейцы обвиняют Украину, что она поставляет в их бордели проституток. Когда я был председателем Государственного комитета по делам национальностей и миграции, мне Швейцария не дала визы. А как наши проститутки получают визы? Меня министр одной соседней страны спросил: «Почему все эти нелегальные мигранты едут к нам, не хотят оставаться в Украине?». Я готов дать им один рецепт, и они исчезнут как тараканы. Установите такие зарплаты и пенсии, как в Украине, и не увидите ни одного нелегального мигранта.

— Я правильно поняла: международная контрабанда побеждена?

— Правильно. Ее можно восстановить, но на это понадобится полтора года.

— Даже если Вас не будет на Закарпатье, как минимум полтора года будет покой?

— Да. В этой индустрии была задействована не одна тысяча человек, начиная с правоохранительных органов, таможенников, пограничников, перевозчиков и заканчивая простыми ребятами, которые это разносили.

— Представляете, сколько людей осталось без работы и доходов. Уровень жизни закарпатцев должен резко упасть.

— Что касается простых людей, то мы достаточно либеральны. Я и таможенникам, и пограничникам говорю, если кто-то в чулки положил два блока сигарет, не делайте из этого трагедии. Люди спасаются от бедности. Водка у нас не идет. Это идет на Польшу, то есть это проблема Львовской, Волынской областей.

— У вас идет янтарь …

— Да, янтарь идет. Но … На той стороне таможенники имеют сканеры. Наши не имеют ни одного …

— Почему?

— Это вопрос. Наши не имеют даже автопогрузчика. Раньше в кругляке выпиливали большие отверстия и туда закладывали сигареты, а выглядело, что это целое полено. Экспорт леса-кругляка с первого ноября запрещен. Начали монтировать в изделия из древесины, заготовки. Так как на нашей границе это проверить, если нет сканера? Будут с отвертками проверять.

Они даже выгрузить подозрительный товар не могут. Но выход есть. Наши таможенники могут позвонить словакам или венграм, сказать, что есть подозрительная фура, дайте ее на сканер. В оперативно-розыскной деятельности есть такое понятие, как контролируемая поставка. На сканере даже читается название на пачке сигарет. На Одесскую таможню поставили несколько сканеров, так сами таможенники их вывели из строя. Сейчас в Украине нет ни одного работающего сканера.

— Закарпатские СМИ пишут, что на венгерской таможни время от времени арестовывают коррумпированных таможенников и пограничников, а у нас все тихо …

-Да. Балоговсие СМИ меня этим попрекают. Но забывают добавить, что на тамошней стороне контрабанда — это уголовная ответственность. А у нас не может быть уголовной ответственности таможенника, поскольку контрабанда — это административная ответственность, 680 грн. штрафа. Да, с конфискацией товара, но сама сумма штрафа — смешная. Как человека, который закрыл глаза на административный проступок, привлекать к уголовной ответственности?

— То есть у пограничников и таможенников отсутствует смысл бороться с контрабандой

— Нет. Смысл бороться есть. У меня каждый понедельник оперативка, на которой отчитываются два пограничных отряда, таможня, милиция, налоговая. Основной вопрос — что сделано в отношении контрабанды сигарет. Но сегодня, поверьте, таможеннику какие бы деньги ни предлагали, он слышит «сигареты» — и шарахается как черт от ладана. Сегодня сменили всех — руководителей пограничных отрядов, новый начальник СБУ, милиции …

— Вы им доверяете?

— А откуда был бы результат, если бы я им не доверял? На кого я буду опираться?

— А где Вам легче работать — на Луганщине или здесь, в Закарпатье?

— Конечно, на Луганщине. Там есть идентификация — свой-чужой. На подконтрольной Украине территории население делится на три группы. Если человек проукраинский, хоть расстреливай его, он не предаст. Если просепаратистски настроен — хоть кол на голове теши, у него в голове «расея», «наваросия», «апалчение» … И есть третья категория — пророссийская. У них в голове только Путин. Я сначала со второй и третьей категориями пытался говорить, спорить, а потом махнул рукой. Если в фильме «Белое солнце пустыни» говорили, что Восток — дело тонкое, то по востоку Украины ничего тонкого нет. Все понятно.

— А в Закарпатье?

— А здесь все закручено в свинячий хвост.

— Вы разгадали загадочную закарпатскую душу?

— Я здесь работаю в третий раз. Всех, кто не является закарпатцем, здесь не очень любят. А особенно вас, галичан …

— А нас то за что?

— А я откуда знаю, какая кошка между вами пробежала. Я уже имею статус натурализованного закарпатца. Первый раз приехал сюда в 1995-м. Здесь была крайне сложная криминогенная ситуация. Затем был здесь в 2001-2002-м. Работал до тех пор, пока Медведчук не стал главой президентской администрации. Меня Кучма позвал и сказал, мол, Медведчук хочет на мое кресло посадить однопартийца. Говорю: «На здоровье!».

— Когда президент Порошенко назначал Вас председателем ОГА в Закарпатье, какие, кроме борьбы с контрабандой, ставил задачи?

— Была еще одна колоссальная проблема — врезки в нефтепровод. Здесь действовали мини-перерабатывающие заводы на колесах, и они поставляли на левые (не брендовые) заправки всей Западной Украине этот бодяжный бензин. Они нашли человека, который меня хорошо знает, этот человек ко мне приехал и передал, что я буду получать столько, сколько душа пожелает. Я ответил, что душа ничего от них не желает. Тогда они сказали, что поедут промышлять в другую область. Я сказал — пожалуйста. Я отвечаю за государственное управление в Закарпатской области.

— Как сейчас чувствует себя «Правый сектор» в Закарпатье? До вашего назначения выглядело, что они руководили и областью, и таможней.

— Да. Они здесь свободно ходили с оружием … Я всем доступно объяснил, что я единственное должностное лицо, уполномоченное президентом Украины на государственное управление областью. Поэтому, уважаемые, должны учитывать мое мнение, даже если я вам не нравлюсь. Со мной еще никто информационную войну не выиграл.

— Расскажите, что это за конфликт был у Вас с лидером областной организации БПП «Солидарность» и руководителем областного избирательного штаба Валерием Пацканом? Вы даже в отставку подали …

— Я ему просто сказал, что хотя он и возглавляет пропрезидентской партии в области, но к областной администрации пусть на километр не подходит. Вот и весь конфликт. Не буду это выносить в публичную плоскость.

— Хорошо. Много лет Вы работали в правоохранительных органах. Пожалуй, внимательно наблюдаете за реформой милиции … Что об этом думаете?

— За этим не наблюдаю и ничего не думаю. Это — «мартышкин труд».

— Не верите в положительные изменения? В новую патрульную полицию?

— Конечно, не верю. В палату, где находятся пациенты с открытой формой туберкулеза, запускают здорового мужика и ставят перед ним две задачи: не заболеть самому и вылечить всех остальных. Это возможно?! Сколько времени может продержаться новая патрульная полиция в тотально коррумпированном обществе? Или создание все новых и новых органов, которые должны бороться с коррупцией, даст результат? Или антикоррупционные форумы?

— А что даст результат?

— Вас не удивляет тот факт, что государство, бюджету которого катастрофически не хватает средств на все, не ликвидирует оффшорных зон?

Вы хотите, чтобы новая полиция ликвидировала оффшорные зоны? Второе: почему никто не хочет отказаться от декриминализации контрабанды? А сколько в нашем государстве фальсификата? Единственное, что еще не фальсифицировали, — сало. Просто не получается. У нас бутылка вина стоит дешевле, чем килограмм винограда. То есть вино, водка, минеральная вода, стиральный порошок, одежда, духи, лекарства — все фальсификат. Колбаса без мяса, мясо — без мяса. Итак, причины коррупции — оффшоры, контрабанда и конвертационные центры … Они дают левую наличность.

— С конвертационными центрами, кажется, борются …

— Кто борется?! С конкурентами борются, с теми, кто решил, что без крышевания налоговой можно работать. Если при Януковиче было только несколько конвертационных центров, то сегодня можно и за 5% конвертировать деньги. А количество конвертационных центров — это «уровень воровства» в государстве. То есть, сегодня воруют больше, чем при Януковиче. Оффшоры, контрабанда и конвертационные центры дают наличные. Коррупция процветает еще и потому, что есть наличие левой наличности. Эта наличность идет на подкуп политиков, судей, прокуратуры, налоговиков, чиновников, избирателей.

Сегодня за деньги можно барана избрать в парламент. Закройте эти черные дыры, ликвидируйте источник левой наличности! И не будет, что давать. Пока есть, что давать, коррупцию не победить. Когда я это сказал одному влиятельному человеку, он мне ответил: «А ты понимаешь, что тогда в Киеве останется несколько ресторанов и не будет ни одного бутика». Если бы в государстве хотели побороть коррупцию, то поручили бы это профессионалам, а не отдали на откуп любителям. (Кстати, 2012 год: Конвертационные центры в Украине «крышует» Кабмин, Нацбанк, МВД и ГНАУ — Москаль. За полтора года правления Петра Порошенко и Арсения Яценюка на этом поприще ничего не изменилось).

— Но Саакашвили в Грузии это удалось …

— Не делайте из меня дурака. Как говорят гуцулы, “«я на морду дурний, а соображаю добре». Что вы сказки рассказываете. Ни одна страна в мире не поборола коррупцию. Есть понятие — минимизация коррупции. А мы почему-то ее расширяем, а не минимизируем. И расширяемся вместе с количеством ведомств, которые с ней борются.

— Это все было бы услышать президенту …

— Это все было бы услышать в первую очередь украинскому народу. Напомню, у нас парламентско-президентская страна. Какой парламент народ избрал, ту власть и заслуживает. Хотели новые лица — есть. Ну как может человек, не имеющий высшего образования, писать законы. Это первый парламент в истории Украины, где куча людей, которые закончили кое-как восемь классов. Президент не может подменить собой все правительство, всех министров и весь депутатский корпус. Если свалим все на президента, будут кричать: диктатура. Замкнутый круг.

— Напоследок хотела спросить о Вашей семье. Один мой знакомый, когда узнал, что еду к Вам на интервью, попросил узнать, правда ли, что жена Москаля живет в Канаде? И почему он никогда не говорит о своей семье?

— Обрадует мою жену, она, оказывается, живет в Канаде. У меня дочь работает в Казахстане представителем в канадской фирме. Жена живет в Черновцах.

P.S. Своего водителя, Владимира, Геннадий Москаль забрал с Луганщины. История Владимира тянет на отдельную публикацию. В дороге он немного о себе рассказал. Владимир родом из маленького городка Антрацит. Несколько месяцев просидел в подвалах боевиков в качестве заложника. Его похитили ради выкупа. Причем похищал парня его друг, бывший одноклассник, который ушел в «ЛНР». О сумме выкупа Володя не говорит, но она была колоссальной. Родители долго собирали эти деньги, продали все, что имели … Сейчас родители Владимира живут на Сумщине, а он вот оказался на Закарпатье …


Источник: http://newsonline24.com.ua

Обсудить данную новость Вы можете в группах сайта города Доброполье в социальных сетях ВКОНТАКТЕ и ОДНОКЛАССНИКИ, а также FACEBOOK.


загрузка...




avatar
Наверх -->